Он сидел в маленькой голубой лужице и был такой крошечный и мокрый, что невольно становилось жутко, как его не затоптали вечно суетливые, прохожие, сильно смахивающие на жуков, под одинаково чёрными зонтами, надёжно защищавшими их от противно моросящего дождя. А он ничего не боялся, только вертел по сторонам своей трогательной головкой с огромными синими, словно небесная бездна в летний зной, глазищами, ровным счётом ничего не понимая. Не знаю почему, но окружающие не замечали яркого света, исходящего от его дрожащего тельца, по которому ручейками стекала холодная дождевая вода. Мне захотелось подбежать и спрятать, укрыть это рыжее существо от бездушных «жуков» под зонтами, от ледяных капель, от всего мира… Плотно прижав к себе найдёныша, я ,наверное, не шла- летела, словно выросли крылья за спиной, вдоль обочины, не замечая ни грязных, холодных брызг от проносящихся мимо машин, ни выбоин на дороге..Мой дом располагался на самой окраине нашего богом забытого городка. Это была невысокая, полуразрушенная временем четырёхэтажная блочная башня, которой требовался уже давно даже не ремонт, а скорее - снос. Однако здание продолжало стоять, я жить в нём, а вернее, в небольшой однокомнатной квартире-клетушке под самой крышей. Позади находился живописный пустырь с огромной зловонной свалкой, которая служила пристанищем всем бездомным животным, да и что греха таить, людям. В сущности, я была совершенно одинока, просто одна в целом мире. Конечно, это звучит ужасающе, учитывая, что кроме меня на планете живут ещё шесть миллиардов человек. Но если подумать…ведь никто никому не нужен, каждый думает, заботится только о себе. В этом и заключается закон самосохранения. Дикий инстинкт! Сберечь себя, пройдя по головам других. Не так ли? И чего только я разворчалась? Но как бы то ни было, я была одинока: ни мужа, ни детей, ни близких. Больно ли мне? Плохо? Горько? Неважно. Зачем это кому-то нужно, это только мой крест, который я сама и понесу по жизни. Мой муж погиб в автокатастрофе. И ребёнок с ним был. Был. Были. Первое время кричала, плакала, когда мне сказали, что их не стало быстро, что они практически ничего не чувствовали, успокоилась, только потеряла сон, перестала бояться. Вообще. Раньше от вида змеи на картинке теряла сознание, а сейчас не так, сейчас всё равно. Страшно только знакомым в глаза смотреть, знаю: жалеют меня, перешёптываются за спиной. Не надо ничего. Я сильная, я смогу. Но зачем я всё это говорю? Это лишнее, это только моё. Соседи меня не любят, ненавидят. За что? За всё. За то, что хожу на работу каждый день с утра, а они остаются дома, чтобы продолжить прожигать жизнь, за то, что живу, за то, что нашла в себе силы радоваться и не даю им повода злорадствовать, за то, что из моей квартиры не гудит на всю окраину музыка и не устраиваются гулянки, небрежно завуалированные под благородные праздники, за то, что дверью мне не служит разрисованный и выщербленный кусок фанеры – в общем, за то, что дышу. С этими мыслями я и добежала к той самой блочной башне. Взобралась на четвёртый этаж, широко распахнула дверь, расстегнула пальто. Смотрю, а он спит, маленький такой, беззащитный, пушистый, одним словом, ребёнок, даже сопит по-детски. Я рассмеялась, громко, звонко, и сама испугалась звуков своего голоса. Пять лет так не смеялась, а тут вдруг. С чего бы это? Спустя час я расчёсывала только что высушенную шёрстку нового обитателя квартиры, мысленно я окрестила его Рыженькое солнышко, а сокращённо Рыжик. Котёнок так доверчиво смотрел на меня голубыми глазищами, он ,наверное, уже наивно полагал, что я его мама, и потому, свернувшись клубочком, скоро заснул, посапывая, так уютно, по-домашнему. Моя радость. Так мы и жили вместе. Я и кот. Я не сошла с ума. Просто он стал мне чем-то родным, близким, тёплым. Такой смешной и
умный, прямо как человек. Всё понимает. Всех любил, беззлобный, мягкий, большой, успокаивающий, людей не боялся, думал, что все такие же, как я, что любят его так же.. Встречал меня с работы, потягиваясь и мырлыкая, мол: « Мурр..хозяйка, я скучал». А один раз на меня собака накинулась, маленькая такая, но злобная. Бежит за мной и лает, громко, за подол пальто хватает, а тут Рыжик выскочил навстречу. Хвост трубой, спина дугой, глаза злющие, светятся в темноте, вдруг… зарычал на собаку, да так громко. Первый раз я такое видела. Дворняга опешила и ,наверное, от растерянности и невообразимо вопиющей наглости, заскулила, потом села и завыла в небо. А мой герой как ни в чем не бывало идёт. Моя радость. Вечером кот всегда выходил погулять, перед дверью поворачивался, и так преданно и долго глядел мне в глаза, словно обещал вернуться. Я ждала. Волновалась. Но он всегда приходил. Всегда. А в этот раз не пришёл. Я была в комнате, услышала его крик, протяжный, жалобный, почти человеческий. До сих пор спрашиваю себя: « За что?» Лучше бы на меня. Вспоминаю, как он лежал на асфальте в луже крови, мучился, бедный. Я взяла его на руки, боясь причинить боль. Всегда до остервенения аккуратная, не раздеваясь, прямо с улицы, забежала в дом и сползла по стенке, странно, отчего-то слёз не было… Хотя горе, оно и есть такое, молчаливое. Беда она не топает, не кричит, она мягко, на цыпочках подкрадывается, без стука. Кот хрипел и задыхался, а я сидела с ним на полу, попробовала погладить по голове, боясь причинить больше страданий, а он вдруг замурлыкал. Не застонал, не закричал, а замурлыкал, благодаря за ласку, потом посмотрел на меня таким взглядом, что никогда не забуду, вытянулся и умер. И я долго так сидела с мёртвым котом на коленях. Всё думала о нас, о людях, о том, как мы относимся друг к другу, к тем, кто слабее, кто меньше. Самоутверждаемся, ненавидим. У многих из нас всё в порядке с внешней оболочкой, но сильно искалечена душа. И так будет, наверное, всегда. Мне говорят, что я светлая, что я сама свет, а вокруг меня темнота, мрак, и я всё дальше погружаюсь в себя, неумолимо, страшно. И больше никогда не заведу кота, даже хомячка не заведу. Не хочу. А зачем? Чтобы его тоже убили ради потехи, ради чествования своего извращенного самолюбия? Я не сумасшедшая, но Рыжика я жду. Он всегда обещал вернуться, и сейчас придёт, просто надо верить. Моя радость.

Степанова Анастасия, 16 лет, ст. Крыловская

Рейтинг: 23