Теплый синтетический мех натер на коже пятна. Пятна чесались, словно там поживились сразу несколько комаров, и немного опухали. Я возненавидел этот мех, я возненавидел его до глубины существа своего, всю его отвратительную пушистую природу. Он забирался мне за шиворот, он скреб шею, норовил забиться в уши. Он мучил.
Но главным и, кажется, единственным его достоинством был внешний вид. Эти треугольные уши с розовыми вкладками внутри, эти мягкие большие лапы, выпуклые стеклянные глаза, мерцающие голубым цветом… У большинства людей при виде трогательной игрушечной морды на лице появлялась улыбка, и их можно понять.
Я вышел на улицу. Я находился в центре человеческой толпы, в центре сотен красивых и теплых людей, они улыбались друг другу, их голоса переливались, как музыка, и от каждого пахло удивительными сочетаниями мыла, духов, сигарет.
Едва они замечали посреди улицы большого игрушечного медведя, похожего на пришельца из бестолкового американского мультика, как их лица словно освещались изнутри теплым светом. Все они – какие бы они ни были, деловые, важные – становились другими. И мне, которому не было места среди них, место случайно находилось.
Я сделал шаг вперед. И обнял первого человека, что шел навстречу прогулочным медленным шагом, аккуратно ступая по голубоватому снегу. Это была девушка лет двадцати, со светлой копной волос под пестрой шапкой. На ее ногах были мохнатые сапоги, на мех которых оседали мягкие снежинки, в руке теплым светом мерцал экран мобильного телефона. Я обхватил ее меховыми мягкими руками.
Ее волосы пахли каким-то очень уютным, очень домашним сочетанием шампуня, духов, талого снега. Я давно никого не обнимал, и это тепло, когда она обняла меня в ответ, окутало меня с ног до головы. Она с такой радостью обняла игрушечного медведя, покрытого химическим синтетическим мехом, даря свое тепло неизвестно кому, скрытому под мохнатой глазастой мордой, что даже когда она уже прошла мимо, я все еще улыбался, почти задыхаясь под слоем ткани на лице.
Ни одно тепло не сравнится с человеческим. Я не знал, кто она, какие книги читает и какое кино смотрит, но это объятие делало ее теплым человеком.
Прохожие охотно обнимали забавного игрушечного медведя. Даже те, кто раньше не нашел бы для меня и взгляда.
Я вернулся домой довольно продрогшим, покрытым красными пятнами. С дрожащими от холода пальцами. Долго возился в прихожей, грелся, запирал замок. Затем снял перед зеркалом улыбающуюся медвежью голову и в очередной раз увидел свое обезображенное лицо.

Аббазова Инна, 15 лет, Хадыженск

Рейтинг: 7