Это была очень красивая зима. Снег выпал еще в октябре и лег большими, сверкающими сугробами. Было очень холодно, мороз все атаковал прохожих, не утихая. Конечно, это было школьникам на радость. Ведь кто не любит прогуляться после уроков с друзьями, даже если снег так и норовит попасть за шиворот, а ноги то и дело увязают в сугробах? Обычно, бледные, уставшие от занятий шестиклассники выбегали на улицу и, торжественно вдыхая зимний воздух, улыбались снегопаду. Так и случилось в тот день.
Большая компания мальчишек вырвалась из учительского плена и, побросав портфели около школы, с криками, иногда поскальзываясь на льду, понеслась к ближайшей горке. Это была группа в пять-шесть человек. Они, казалось, были похожи друг на друга, а вроде бы и нет. Даже если присмотреться, все шагали по-разному. Кто-то болтал и смеялся, а кто-то просто, засунув руки в карманы школьных брюк, шел вприпрыжку, улыбаясь северному ветру.
Вдруг на дороге появился дедушка с палочкой, который еле ковылял по льду. Сзади него шла шумная компания из 8 класса. Даже шестиклассники были гораздо тише, чем они. И тут случилась самая обыкновенная вещь. Дедушка потерял равновесие и упал прямо перед учениками. Шестиклассники были далеко и так увлеклись своим разговором, что, право, и не заметили бы этого. Но до них донесся громкий гогот и насмешки. Группа восьмиклассников окружила дедушку и отпускала всякие шуточки. Ученики шестого класса побежали посмотреть, что же там произошло. Думаю, тут стоит передать слово главному герою нашего произведения.
Так вот, когда мы подбежали поближе, до нас донеслись вполне отчетливые голоса:
-Эх, такой старый! Тебе бы дома сидеть, да телевизор разглядывать!
-Сеньор, вам не больно?
-Коля, смотри! Да это же сам папа Римский!
-Преклонитесь! Молитесь, в конце концов! Перед вами великий человек, а вы ведете себя как невежи!
Я и мои друзья окружили восьмиклассников. Я тихонько шепнул моему лучшему другу Грише:
-Послушай! Они уже совсем с ума сошли! Над пожилым смеяться! – И у меня непроизвольно сжались кулаки. Однако Гриша, видимо, не был также настроен, как и я. Он с удивлением и даже испугом уставился на меня.
-Это не наше дело. Пускай там разбираются между собой. Давай не будем встревать, а? Все-таки они на два года старше, просто дадут нам по шее, и все твое геройство на этом и закончится.
-Да ты посмотри! Они же… - попробовал я сказать Грише, но он не стал меня слушать и потянул меня за руку. Так мы прошли несколько шагов. Я был весь красный от стыда, ведь я еще слышал голоса восьмиклассников, потешавшихся над дедушкой. «А вдруг он ветеран? – чуть ли не со слезами подумал я. – Вдруг он прошел войну ради нас всех, а теперь над ним издеваются? Я вырвался из Гришиной руки и помчался в самую гущу восьмиклассников, слыша крики: «Ты куда?», «Что он творит?».
Я протянул руку старику. Подростки настолько удивились, что даже замолчали.
-А, заступник нашелся! – ехидно в тишине заметил один из них.
-Тоже мне! – ответил я, поднимая дедушку. – Ты сам-то на большее и не способен, только как над слабыми и смеяться. - Раздался смех.
-Ишь, какой взгляд! – подхватил другой. – Прямо испепелит.
-Уж лучше так, чем быть таким же, как ты, ничтожеством, - заметил я. К этому времени старик уже был на ногах, и я попытался вместе с ним протиснуться сквозь толпу, но они стояли плотным кольцом.
Восьмиклассники уже перестали смеяться. Теперь это не было похоже на шутку. Нет, теперь это была уже далеко не шутка. Я крайне вывел из себя своих противников, особенно того, кому я сказал последнюю фразу, а она ему далеко не понравилась.
-Слышь, мелкий, - сразу сменив тон, заговорил он. – Ты хоть знаешь, что я с тобой сделаю?
-Да ладно, Петь, - обратился к нему его друг, который уже понимал исход происходящего. – Он же не больше пятиклашки.
-Это, конечно, есть, - отвечал Петр, глядя на меня, а не на друга, - но мы ведь все слышали, что он сказал. – Он медленно подходил ко мне.
-Пошли уже, - начали подгонять его дружки, жалея меня. – А как встретим, проучим. – Да, за меня даже они вступались.
Домой я возвращался уже без одноклассников, но с фингалом и дедушкой, который жил, оказывается, в соседнем подъезде. Он искренне меня жалел. Он прямо всю дорогу только и ругал себя за то, что привлек мое внимание. На прощанье он спросил, из какой я школы и класса. Я проводил его до подъезда, чуть не забыв спросить его имя. Оказалось, что он действительно ветеран, был связистом и зовут его Иннокентий Петрович. Попрощавшись с ним, я сломя голову побежал к школе за портфелем.
Эх, моя мама! Сентиментальная женщина. Это я так, к слову. Она очень гордилась мною, но и сильно испугалась, когда увидела в таком виде. Да что волноваться-то! Фонарик ведь совсем маленький, а впереди – выходные, авось пройдет.
Но все же, я был очень рад. Все выходные у меня почему-то было самое прекрасное настроение. Даже захотелось сделать уроки. На понедельник. И географию на среду, что было очень необычно. Я же был троечником, причем твердым, и делать уроки не было моим хобби. А хорошее настроение не проходило и не проходило. Через пару недель такой жизни мои оценки достигли уровня четверок. А иногда – пятерок. Мама была, конечно, очень рада. Вообще, у нее появилось сразу несколько поводов радоваться. Папу повысили на работе, как-то уж очень неожиданно. И родители строили планы на отпуск. Кстати, пацаны в классе меня сильно зауважали. Все-таки я подрался с восьмиклассниками и даже получил фингал! Вот.
В общем, куда не глянь – необыкновенное улучшение статистики. Это я в одной книге вычитал.
Но самое странное – каждый день я видел того деда. Он всегда стоял вдалеке, там, где я не мог его окликнуть. И как только я начинал приближаться к нему, он исчезал. Просто испарялся.
Прошло почти два месяца с моей первой встречи с Иннокентием Петровичем. Но мы, как я и подозревал, должны были снова встретиться и поговорить.
Это случилось утром. Я, как нормальный среднестатистический ученик, шел в школу. Со скоростью примерно один километр в час. Примерно – это потому что я не считал.
Из соседнего подъезда вывернул Иннокентий Петрович. Я подбежал к нему и поздоровался. Я хотел рассказать про то, что я его постоянно вижу, но он опередил меня вопросом:
-Не замечаешь ничего необычного в своей жизни? – И загадочно так улыбнулся.
Я удивился его всезнанию:
-Да уж, в последнее время все пошло на лад. А откуда Вы знаете об этом?
Он мягко ответил:
-Волшебники бывают не только в сказках.
И он сразу переменил тему. Затем, попрощавшись, он ушел, и, пройдя метров сорок, исчез. Думаете, я вру? Да я сам иногда спрашивал у себя, не рехнулся ли я. Но я прямо-таки видел, как он пропал!
Весь день я не мог думать о чем-то другом. Ведь не каждый день встретишь такого странного человека!
Придя домой, я стал размышлять на эту тему. Как же так? Ведь он прямо сказал, что он – волшебник! А потом – ушел в никуда, у меня на глазах. Значит, все эти перемены к лучшему – его благодарность? Получается, даже если я не буду учить уроки, я все равно буду получать пятерки и четверки? Надо проверить!
Завтра у нас должен был быть тест по математике, и я не стал к нему готовиться. И на следующий день наша учительница просто забыла про него. Взяла и забыла. И забывала так несколько дней, а вспомнила она про него только в тот день, когда я подготовился. Ну, ничего себе! Так повторялось несколько раз. То я стихотворение не выучу, и меня не спросят, то к самостоятельной не приготовлюсь, и ее отменят. Чудеса, прямо чудеса!
Да уж, я начал вести себя наглейшим образом. И когда я не написал дома сочинение, а вместо этого играл в хоккей, наш учитель по русскому языку, Алексей Васильевич, вдруг начал собирать работы. Я, мягко говоря, пришел в ужас. Ведь я был почти отличником! И мне начало это нравиться. Мне уже было, что терять. И вдруг, когда учитель подошел ко мне, и я сказал, что не написал сочинения, он заговорил голосом Иннокентия Петровича:
-Стыдно, Михаил, стыдно.
Никто не обратил внимания на странный голос учителя. Его услышал только я.
Весь день я сидел, как на иголках. Даже одноклассники подходили и спрашивали, что со мной. Мол, я весь бледный.
Дома моя мама, пока я со скучающим видом ел свой любимый суп, подошла и спросила:
-Что с тобой, Мишенька? В школе что-то случилось?
Я еле доел и ушел в свою комнату. Сев за стол, я задумался. Что же это такое? Наказание за мое отношение к учебе? Нет, право, это обычная случайность. Главное, чтобы эта случайность не превратилась в закономерность. Но все же, мне стало настолько стыдно, что я чуть не расплакался. Подумать только! Выходит, я просто воспользовался добротой того бедного, одинокого старика? Нет! Нельзя так больше! Я должен доказать, что и сам чего-то стою! И я сел за уроки. Сидел я до ночи. Два месяца назад сам бы в такое не поверил.
Очень надеялся снова встретиться с волшебником, но в это время случилось кое-что, взволновавшее меня. Это что-то здорово изменило мою жизнь.
В наш класс пришла новенькая! И девочка эта была очень простая, без выкрутасов. Если наши девочки часто строили из себя королев, ругались и завидовали друг дружке, она же была очень доброй и тихой, хотя все сразу поняли, что она гораздо красивее остальных. Она была рыженькая, и у нее были, свойственные рыжим, зеленые глаза. Ее сразу же попробовали подразнить, мол, «рыжий, рыжий, конопатый», но она так мило посмотрела, что сразу все обидчики от нее отстали.
Сказать, что она мне понравилась – ничего не сказать. Я, как и другие мальчишки из нашего класса, стал перед ней выделываться на свой лад. Особенно на физкультуре. То на руках перед ней пройдусь, что прыгну дальше всех. Конечно, у меня были соперники. Но это ничего. Мы стали вместе гулять после школы. Если она меня звала гулять, я сразу же забывал обо всех делах и выбегал из дома.
Но все-таки я хорошо помнил Иннокентия Петровича и то, что случилось со мной на уроке русского языка. Но не сидеть же мне дома, как сыч, одному!
И вот наконец-то я встретил волшебника. Я ему доверял, поэтому честно выложил все факты. Он улыбнулся.
-Ты, Михаил, стыдишься, что на черновик домашнюю работу не пишешь? – начал он. – Что уроки делаешь не в пятницу, а в субботу? Что книги перестал читать, потому что не успеваешь? И все только ради той девочки? – Иннокентий Петрович рассмеялся.
-Я уже жалею, что Вам об этом рассказал, - обиделся я.
-Но помилуй! – воскликнул волшебник. – Разве ты считаешь, что это повод для стыда? Это действительно прекрасно, что у тебя появился хороший друг.
На этом наш разговор закончился. Он опять пропал. А я только и делал, что думал о его словах.
Шли дни, я ждал, пока появится Иннокентий Петрович, чтобы задать ему всего один вопрос. Я боялся, что не успею поговорить с ним до наступления каникул, так как я на все каникулы уеду в деревню.
За это время у меня наладились отношения с нашей новенькой. Она всегда улыбалась, когда видела меня, и я понимал, что ей действительно со мной весело.
И вот, в последние дни учебы, когда я уже потерял надежду встретиться с Иннокентием Петровичем, он вдруг появился из ниоткуда прямо передо мной и спросил:
-Чего грустим, Михаил?
Я уже привык к его появлениям и исчезновениям, поэтому нисколечко не удивился.
-Здравствуйте! – обрадовался я. – Иннокентий Петрович, я так хотел с вами поговорить, но вы никак не появлялись…
-Знаю, знаю, - остановил он меня. – Спрашивай, не стесняйся. - Я, услышав его слова, смутился. Но он кивнул, как бы поддержав меня.
-Скажите, Вы ведь все знаете? – спросил я. Он кивнул. – А вы можете сказать, нравлюсь ли я нашей новенькой?
Я думал, что эта просьба рассмешит его, но волшебник оставался серьезным.
-Конечно, ты ей нравишься, - уверенно заявил он. Я вздохнул с облегчением.
Дальше наш разговор пошел на разные темы. Но вдруг он сказал мне:
-Михаил, я вынужден с тобой попрощаться. Навсегда.
-Как же так? – воскликнул я.
-Просто ты уже сам можешь справиться со всем, без моей помощи. Помнишь, когда ты мне помог на улице? Уже тогда было ясно, какой ты добрый мальчик. Просто ты не верил в себя, а я помог тебе понять, на что ты способен.
-И куда же вы уйдете? – упавшим голосом спросил я.
-Облечу земной шар. Ведь на свете много таких, как ты, и им тоже надо помочь.
-Тогда… До свидания, - расстроенно сказал я.
-Да, - улыбнулся он. – Именно «до свидания», а не «прощай».
И он испарился в воздухе.
Но все же, я надеюсь, что он вернется. Ну, если и не вернется, то мне достаточно знать, что он есть.

Анастасия Друшлякова, 12 лет, Самара

Рейтинг: 1