Ничто невечно в этом мире. Меняется власть, исчезают цивилизации, прекращаются войны. Всё уходит, всё заканчивается, всё быстротечно. Всё, но только не ЛЮБОВЬ. В этом я недавно смог убедиться сам. История, которую я хочу поведать, касается моей семьи, вернее, моей матери.
Меня зовут Дамир. «Странное имя для русского человека», - скажете вы и будете правы. Это мусульманское имя, и означает оно «ум, совесть». Долгое время я не понимал, почему меня так назвали. Но однажды тайна была раскрыта. Мама получила телеграмму из Чечни от друзей, оставшихся там. Прочитав её, она долго плакала и не отвечала на мои вопросы, но затем наконец-то решилась рассказать историю своей самой большой любви. Я привожу её слово в слово.
«Я родилась на Кавказе, в одном из горных районов Чечни. Мой отец работал геологом, мать преподавала в местной школе. В нашем посёлке жили семьи разных национальностей: чеченцы, ингуши, русские, осетины, и все жили мирно, вместе праздновали радостные события, вместе переживали несчастья. Я дружила со многими чеченскими детьми, но особенно крепкая дружба связывала меня с Дамиром и Маликой. Дамир был старше меня на четыре года, с Маликой мы были ровесницами. Наше детство проходило весело и беззаботно. Мы карабкались по склонам гор, спускались в ущелья, скакали на конях наперегонки. Но больше всего я любила сидеть у берега небольшой горной речушки и слушать, как Дамир играет на дудочке. Эти незатейливые мелодии трогали мою душу, и сердце почему-то начинало биться быстро-быстро. Однажды я подарила Дамиру на день рождения флейту, которую я привезла ему из Москвы. Вскоре он научился на ней играть и никогда не расставался с моим подарком. Когда мы повзрослели, Дамир стал проводить со мной всё больше времени, а Малика, испытывая страшные муки ревности, постепенно отдалилась от нас. Дамир никогда не говорил мне о своих чувствах, но я понимала, что нас уже связывает не только дружба. Дамир заканчивал последний курс университета, когда его родные решили женить его на Малике. Помню, как он пришёл мне рассказать об этом.
- Я не хочу жениться, но я не могу пойти против воли старших. Ты же знаешь наши обычаи… - со вздохом произнес Дамир.
- Знаю, – ответила я. – Поздравляю. Я приду на вашу помолвку.
- Даша, я… - начал было Дамир, но осёкся не в силах говорить дальше.
Я развернулась и убежала прочь. С тех пор жизнь моя пошла своим чередом. Дамир и Малика обручились, свадьба была назначена на лето, когда Дамир окончит университет. Я практически не виделась с ним, а если встречалась на улице, то ограничивалась только банальным приветствием. Я оканчивала школу и готовилась к поступлению в институт. Но вот наступил 1991 год…
То время я вспоминаю, словно жуткий сон. Летом 1991 года мир узнал о том, что часть Чечено-Ингушетии выходит из состава РСФСР и СССР и объявляет себя независимым государством под названием Чеченская республика. Так решил Общенациональный съезд чеченского народа, постановивший, что высшим органом власти в этом, не имеющем границ, государстве является исполнительный комитет во главе с его председателем, генералом в отставке Д. Дудаевым. В начале сентября 1991 года вооруженные национальные гвардейцы Дудаева силой захватили здание Совмина, радио и телецентра, а затем, 6 сентября, ворвались в помещение, где шло заседание Верховного Совета, и, как и положено революционерам, взяли его штурмом. Таким образом, в Чечне был совершен государственный переворот. По всей Чечне прокатились антирусские выступления. В 1992 от выселения русских чеченские бандиты перешли к прямой резне, к физическому уничтожению тех, кто не успел выехать. Систематические ночные обстрелы, избиение с тяжелыми увечьями и убийством русских детей, женщин и стариков, похищение в рабство, изъятие всех видов транспорта, скота, ценностей - вот что такое Чечня бандитская. Мы надеялись, что в нашем посёлке подобное не произойдёт, но мы заблуждались.
Однажды ночью я проснулась от криков и выстрелов. Мама вбежала ко мне в комнату, умоляя меня собираться как можно скорее.
- Что происходит? – спросила я.
- В посёлок пришли бандиты. Грабят русские дома. Нам надо немедленно уходить.
Едва мы спустились вниз, как дверь начали выламывать вооружённые люди. Бледный как мел отец бросился к нам и, подталкивая нас к чёрному входу, быстро проговорил:
- Идите огородами. Доберетесь до Грозного, а оттуда к моей родне в Россию.
Прощайте!
Он обнял нас и буквально выпихнул за дверь. Это был последний раз, когда я видела своего отца живым. Пробираясь по околицам поселка, мы услышали выстрелы, доносившиеся из нашего дома. Мы с мамой всё поняли, но нам необходимо было двигаться дальше. Мы уже миновали центральную часть посёлка, как вдруг на нашем пути вырос боевик с оружием наперевес.
- Куда спешите в такой час, красавицы? Женщинам не стоит бродить по улицам в одиночку. Мы обе молчали, боясь проронить хоть слово.
- Что вы молчите? – заподозрил неладное бандит. – Кто вы такие?
Он посветил нам в лицо фонариком.
- Русские! На этом ваш путь закончен.
С этими словами боевик направил на нас автомат. Мать инстинктивно закрыла меня собой. Раздалась короткая очередь, и мать упала к моим ногам. В тот момент я уже мысленно попрощалась с жизнью, как вдруг кто-то ударил бандита по голове. Боевик рухнул, а за его спиной предстал Дамир с дубиной в руке.
- Пойдём скорее, – отрывисто произнёс он.
- Я не могу. Моя мама.. – начала плакать я, показывая на тело моей матери.
- Мы ей уже ничем не поможем. У нас нет времени. Идём со мной, если хочешь жить. И ни звука.
Дамир снял с боевика всё оружие и, взяв меня за руку, повел в темноту переулков. На другой стороне посёлка полыхали дома, слышались вопли и стрельба. Я уже почти теряла сознание от перенесённого, так что Дамиру приходилось практически тащить меня за собой.
По очертаниям местности я поняла, что Дамир привёл меня к себе домой. Он втащил меня в сарай, плотно закрыв за собой дверь. Слёзы ручьём полились у меня из глаз. Дамир молчал, понимая, что меня ничем утешить нельзя.
- У тебя есть родственники в России? – наконец спросил он.
- Да… - всхлипывая, промолвила я.
- Тогда будем выбираться отсюда. Я помогу тебе.
- Вокруг боевики. Мы не сможем из посёлка выйти, как нас схватят.
- Предоставь это мне. Я выйду ненадолго, а ты сиди здесь и не двигайся.
То время, которое Дамир отсутствовал, показалось мне бесконечным. Каждую минуту я ждала, что откроется дверь и в помещения ворвутся бандиты. Я с облегчением вздохнула, когда Дамир снова появился. Он принес мне воды, на которую я накинулась с жадностью. В руке у него были ключи от мотоцикла.
- Попробуем прорваться, - коротко прокомментировал Дамир.
В этот момент дверь сарая отворилась и на пороге возникла мать Дамира – Алия. Я окаменела, думая, что всё пропало. Дамир тоже замер в нерешительности. Алия посмотрела на меня, перевела взгляд на сына и сказала:
- Я знала, что ты пойдёшь за ней. Мать всегда чувствует, что на сердце у сына. Что ж, спасай её, сынок. В противовес совершённому злу должно совершиться добро. Доставь её к русским. В Грозный не ходите, там то же самое творится. Отправляйтесь на границу с Россией, в Ставрополье.
- Спасибо, матушка, - бросился к матери изумлённый Дамир.
- Не теряйте времени. Вот вам еда с собой и одежда для Даши. В мусульманском наряде её не узнают. Поторопитесь. Благослови тебя, Аллах.
Алия поцеловала сына и быстро вышла из сарая. Вскоре Дамир и я скрылись в ночной темноте, не зная о том, что старший брат Дамира Акмаль примкнул к боевикам и организовал за нами погоню.
Под покровом ночи мы благополучно миновали несколько километров и уже приближались к Грозному, как вдруг мотоцикл неожиданно заглох. Дамир осмотрел его и в отчаянии пнул ногой колесо:
- Бензин кончился! Вот я, идиот, не догадался взять с собой запас.
Мы стояли на дороге, думая, что предпринять. Уже рассвело, и в любой момент нас могли обнаружить.
- Пойдём пешком, - решительно заявил Дамир, - будем держаться в стороне от дороги. Здесь недалеко есть посёлок, в котором мой друг живёт. Он нам поможет.
Дамир взял меня за руку, и мы снова отправились в путь.
На окраине посёлка Дамир сказал:
- Я пойду один, разведаю что там. Спрячься в этом кустарнике, если я не вернусь через полчаса, уходи по этой дороге.
- Я без тебя не уйду… - возразила я.
- Не спорь со мной. Вот еда и нож на всякий случай.
Отдав мне всё это, Дамир направился в сторону посёлка. Прошло полчаса, а его всё не было. Я решила подождать ещё. Минул час – Дамира не было. Тогда я собралась с духом и выбралась из укрытия. Оглядываясь по сторонам, я пошла по указанному Дамиром пути.
Дорога постепенно сужалась, и вскоре мне пришлось идти почти по обочине. Внезапно сзади послышался звук приближающейся машины, я попыталась метнуться в сторону, чтобы меня никто не заметил. Но было поздно.
- Эй, женщина, что ты здесь делаешь? – раздался крик за моей спиной.
Я не обернулась и продолжала быстро идти.
- Эй, я к тебе обращаюсь.
Машина поравнялась со мной, и краем глаза я увидела сидящих в ней боевиков. Я бросилась бежать, но бандиты преградили мне путь.
- Так, кто тут у нас? – один из них сдёрнул с моего лица платок.
- Похоже, это та русская, с которой сбежал брат Акмаля. А где же этот щенок сам? Бросил тебя? Струсил. Всех предал: родителей, брата и тебя. Ну, ничего, с ним мы потом разберёмся. Сначала мы займёмся тобой.
Второй боевик щёлкнул затвором. Я зажмурилась. Звук выстрела эхом разнесся в горах. Не ощутив боли, я открыла глаза. Один боевик лежал на земле, второй дрался с нападавшим. Каково было моё удивление, когда в моём спасителе я узнала Дамира. Невдалеке стоял старенький УАЗик, и я поняла, что Дамир приехал на нём. Между тем бандит начал одерживать верх: он полоснул Дамира ножом по руке, тот закусил губу от боли, но продолжил бороться. Вскоре силы начали покидать Дамира. Бандит придавил его к земле и начал душить. Времени на раздумья у меня не было. Я подняла с земли камень и со всего маху ударила бандита по голове. Он обмяк и упал ничком в траву. Дамир поднялся на ноги, потирая сдавленное горло.
- Я убила его? – в ужасе спросила я.
- Нет, оглушила немного. Не думай о нём. Нам надо спасаться. Люди моего брата преследуют нас по пятам.
- Где ты был так долго? Я уже не знала, что и думать.
- Возникли проблемы с транспортом. Едва я договорился с другом, как приехали боевики и стали расспрашивать о нас. Мне пришлось ждать, когда они уедут. Потом я отправился тебя искать. Ни на минуту нельзя оставить одну. Хорошо, что успел вовремя.
- Ты всегда вовремя. У тебя уже входит в привычку спасать мне жизнь. Но ты ранен…
Тут только я заметила, что на левой руке Дамира глубокий порез, из которого сочилась кровь.
- Пустяки. Просто царапина. Садись в машину.
- Но…
- Никаких «но». Сейчас нам надо где-нибудь укрыться. Продолжим путь ночью.
Мы сели в машину и поехали в сторону гор.
- Куда мы едем? – спросила я.
- Тут в горах есть домик чабанов. Там мы отдохнем, а как стемнеет, отправимся в дорогу.
Машина карабкалась вверх по горному серпантину, пока не уперлась в отвесные скалы.
- Спрячем машину в лесу. Дальше можно идти только пешком, сказал Дамир и вышел из машины.
Тщательно замаскировав УАЗик кустарником, мы стали подниматься в горы.
Вскоре на одном из склонов возник небольшой деревянный домик, окружённый деревьями.
- Пойду проверю, нет ли там кого, - Дамир осторожно двинулся по направлению к домику, приник к окну, приоткрыв дверь, заглянул вовнутрь. Убедившись, что опасности нет, позвал меня.
Мы перекусили, и я прилегла отдохнуть, но заснуть так и не удалось. События прошедшего дня стояли у меня перед глазами, а мне всё не верилось, что происходит со мной. Приподнявшись на локте, я посмотрела на Дамира, который сидел у входной двери.
- Дамир, - позвала я, - тебе лучше вернуться домой. Иначе тебя ждёт наказание.
- Я обещал тебя доставить к своим, значит, я доставлю. Какой же я горец, если не сдержу данного обещания.
- Я освобождаю тебя от твоего обещания. Уходи. Оставь меня. Моя судьба меня уже не волнует. Я не смогу жить без семьи.
- Ты должна жить. Вернуть прошедшее мы уже не в силах, но будущее в наших руках. Твои родители хотели бы видеть тебя живой…
Внезапный звук выстрела прервал Дамира. Оконное стекло зазвенело и разбилось вдребезги.
- Ложись на пол! – крикнул мне Дамир.
- Кто это?
- Наверняка, люди моего брата. Только он мог знать об этом месте.
Словно в подтверждение его слов раздался голос Акмаля:
- Дамир, брат, выходи. Мы знаем, что с тобой русская девчонка. Отдай её нам и можешь возвращаться домой.
- Эта русская девчонка, как ты говоришь, нам не враг, - ответил Дамир, осторожно выглядывая в окно.
- Все русские – враги! Отдай по-хорошему, иначе я тебе несдобровать.
- Ты убьёшь собственного брата?
- Если того требует священный Джихад, то – да.
- Выходит, убить ни в чем не повинную девушку – это требование Джихада?
- Мы будем мстить русским по законам гор! – с наигранным пафосом произнёс Акмаль.
- Кого ты пытаешься обмануть, Акмаль? Для тебя и твоих дружков закон гор – это прикрытие для того, чтобы безнаказанно грабить и убивать.
- Что ж, придётся с тобой по-другому поговорить. Возьмите их, ребята, - приказал Акмаль.
- Стойте, я буду стрелять! – предупредил Дамир.
- Не слушайте его. Он ещё пацан, рука не поднимется. Вперёд
Пятеро боевиков бросились к домику. Первый распахнул дверь и тут же получил пулю в грудь. Остальные отступили и начали палить по окнам.
- Эй, не стреляйте. Моего брата убьёте, - остановил их Акмаль, а затем обратился к Дамиру. – Послушай, брат, я зайду в дом, и мы спокойно поговорим. Хорошо?
- Хорошо. Только оставь оружие на улице.
Акмаль положил автомат на землю и, подняв руки, отправился к домику. Он распахнул дверь и шагнул через порог. Дамир всё это время держал его на мушке.
- Ты же не будешь стрелять в собственного брата? – заискивающе спросил Акмаль.
- Не буду, если не попытаешься нас убить.
- Тебя никто не собирается убивать. Нам нужна только эта девка, - говорил Акмаль, осторожно приближаясь ко мне.
- Я поклялся её защищать.
- Кого? Неверную? Одумайся, брат, иначе тебя ждёт наказание.
- Меня может наказать только Аллах. Людской суд мне не страшен.
- Как знаешь. Смотри, как я разделаюсь с этой девкой,- с этими словами Акмаль неожиданно выхватил из-за пазухи кинжал и бросился ко мне.
Дамир пришёл в ярость. Он подскочил к брату, сшиб его с ног, отнял оружие, затем поднял и, приставив к голове пистолет, сказал:
- Зря ты это сделал. Я не позволю её убить.
- Зачем ты её спасаешь? Зачем? Ну, говори! – прохрипел Акмаль.
- Я люблю её. Слышишь: люблю. Она моя. Я никому её не отдам.
- Любишь? Ты с ума сошёл, брат. У тебя есть невеста-чеченка. Твой долг жениться на ней.
- Сейчас мой долг – срасти Дашу. И ты мне в этом поможешь. Прикажи своим людям не стрелять, иначе я убью тебя
- Ты не сможешь..
- Хочешь проверить? – в голосе Дамира звучала твёрдая убежденность, и Акмаль понял, что он осуществит свою угрозу.
- Не стреляйте, мы выходим, - скомандовал Акмаль.
- Держись за мной, - сказал мне Дамир.
Он вышел из домика, держа перед собой Акмаля, я шла за ними. Четверо боевиков застыли в нерешительности, провожая нас злыми взглядами. Когда мы дошли до машины боевиков, Дамир приказал мне:
- Возьми кинжал и проколи все шины, включая запаску.
Услышав подобное, Акмаль взорвался:
- Мы всё равно вас достанем. Убьем её у тебя на глазах, и ты ничего сделать не сможешь.
- Прости, брат, - с этими словами Дамир оглушил Акмаля рукояткой пистолета.
- Скорее в машину. Уезжаем немедленно.
Через минут старый УАЗик мчал нас вперёд, к новым испытаниям. Тогда мы не знали, что ждёт нас впереди, и оба готовились к смерти.
Вскоре мы миновали Грозный. Все посты нас пропускали, видя юношу-чеченца и девушку с закрытым чадрой лицом. До границы с Россией оставалось рукой подать, как вдруг нашу машину остановили пятеро вооружённых людей.
- Ты кто и куда едешь? – спросил один из них.
- В Знаменское, к родственникам, - уверенно произнёс Дамир так, как отвечал предыдущим.
- А кто с тобой?
- Моя жена.
- Жена? – боевик подошёл к машине с моей стороны и внимательно поглядел на меня.
- У неё голубые глаза. Разве такие бывают у чеченских девушек? А ну, выходите из машины.
- Зачем? – спросил Дамир, сжав в руке автомат.
- Сейчас «проверим» твою жену.
Бандиты злорадно засмеялись, но их смех заглушил звук автоматной очереди: Дамир открыл по ним огонь из машины. Двое успели спрятаться, а затем побежали к своей машине.
- Они нас так не отпустят. Ну же, друг, выручай! – обратился Дамир к УАЗику и надавил на газ.
Я посмотрела на него. Он был спокоен и сосредоточен: ни капли страха и ни тени сомнения.
- Из-за меня ты стал убийцей, - печально произнесла я, - этого я не хотела.
- Эти люди – отнюдь не невинные агнцы. На их совести, наверняка, десятки преступлений. Они заслужили смерть.
- Ты же сам говорил, что карать может только Аллах.
- Аллах покарает их на небе, я покарал на земле…
Сзади послышались выстрелы: боевики догоняли нас.
- Держись крепче, - приказал Дамир.
Он выжимал из машины всё, что можно, однако бандиты приближались.
- Пригнись!
Боевики открыли по машине огонь, Дамир резко крутанул руль, и автомобиль вылетел с трассы. Едва мы выбрались из него, как пули просвистели рядом с нами.
- Бежим! До границы рукой подать!
Изо всех мы побежали вперед, рискую получить пулю в спину.
Внезапно пред нами возникли люди в российской военной форме.
- Братцы! Родные! Мы свои! Спасите нас! – успела прокричать я и потеряла сознание.
Очнулась я в больнице. Рядом сидел Дамир и спал на стуле.
- Дамир… - позвала я.
Он открыл глаза и радостно посмотрел на меня.
- Слава Аллаху, ты пришла в себя. Что ж, я выполнил своё обещание.
- Где я?
- В Стодеревской. Нас сюда военные привезли. Теперь ты в безопасности и можешь отправляться к своим родственникам.
- Ты поедешь со мной?
Дамир немного помолчал. Его лицо приняло серьёзное и сосредоточенное выражение.
- Послушай, Даша, я не лгал там, в домике. Я действительно тебя люблю и всегда буду любить. Но там моя родина, мой народ, моя семья. У меня есть долг, который я должен выполнить.
- Долг? – непонимающе произнесла я, чувствуя, как комок подкатывает у меня к горлу.
- Жениться на Малике.
- Но после всего, что ты сделал ради меня, тебя убьют!
- Значит, такова воля Аллаха. Прости меня, но я должен вернуться. Прощай! – он поцеловал меня и направился к выходу из палаты.
Больше я не видела Дамира. Я приехала в этот город, кончила институт, вышла замуж за твоего отца, потом родился ты. Не так давно я связалась со своими одноклассниками в Чечне, которые сообщили мне, что Дамир вернулся тогда домой, женился на Малике и одним из первых пошёл в ряды чеченской милиции. Он дослужился до звания майора, но недавно, при ликвидации банды террористов, был убит в перестрелке».
Тут мама снова заплакала, и я понял, что она заново переживает тот момент расставания в далёком девяносто втором… Затем мама собралась ехать в Чечню, чтобы проститься с Дамиром. Её все отговаривали, но она была непреклонна. Я тоже попросил взять меня с собой. Теперь уже настала мамина очередь отговаривать меня, но я сказал, что хочу побольше узнать о человеке, в честь которого меня назвали, и мама вынуждена была согласиться. В аэропорту Грозного нас встречал пожилой мужчина с 15-летним юношей.
- Дядя Джафар! – бросилась мама к мужчине.
- Здравствуй, Даша! Вот уж не думал, что когда-нибудь свидимся, - сказал отец Дамира (это был он). – А кто этот мальчик? Твой сын? Как его зовут?
- Дамир… - тихо произнесла мама, потупив взгляд.
Глаза старика увлажнились.
- Ты не забыла его, Даша.
- Я всегда его помнила.
Юноша оказался старшим сыном Дамира и Малики. У них было ещё двое детей: сын и дочь. С ними мы познакомились, когда приехали в посёлок, где прошли детские годы моей матери. Оказалось, что Дамир жил в бывшем мамином доме.
- Наверное, здесь ему всё напоминало о тебе… - пояснил Джафар.
Малика принял нас радушно, но, рассказывая о смерти Дамира, не смогла сдержать слёз. Затем она принесла свёрток, в котором лежала флейта.
- Это твой подарок. Помнишь, Даша? Он никогда с ним не расставался. Бывало, пойдет к реке и играет на ней часами. Я понимала, что он тоскует о тебе, и ревновала, страшно ревновала. Какая же я была глупая! Мне жаль, что ваши судьбы не соединились, но души ваши не разъединить никому. Возьми это. Я думаю, Дамир хотел бы, что флейта вернулась к тебе, - сказал Малика, передавая маме её подарок.
Затем мама попросила отвести её на кладбище, чтобы попрощаться с Дамиром.
- Может, ты хочешь посетить могилу родителей? – спросил Джафар.
- Их похоронили? – изумилась мама. – Кто?
- Дамир. Это первое, что он сделал, вернувшись домой. И ухаживал за ними тоже он, до самой своей смерти.
Мы почтили память моих бабушку с дедушкой, потом отправились к могиле Дамира. Там мама попросила оставить её одну. Она опустилась на колени и, склонив голову, положила руки на могильную плиту. Так мама просидела более получаса. Наконец она встала, и по её просветленному лицу я понял, что теперь её душа успокоилась.
Провожая нас, дядя Джафар сказал:
- Помни, Даша, здесь есть дом, в котором тебе всегда открыты двери.
Мама поблагодарила его, и мы попрощались. Так я узнал, что настоящая любовь вечна, что ни войны, ни вражда не способны её убить. Теперь я учусь играть на флейте и горжусь тем, что меня зовут Дамир.

Примечание. Все имена вымышлены. Совпадения с реальными лицами являются случайными.

Калинин Денис, 13 лет, Старый Оскол

Рейтинг: 0