Серое небо окутывало город, словно туман. Унылое осеннее настроение полностью овладело людьми, словно забрав все радостные чувства. Мелкие капли дождя начали срываться с неба, то и дело падая на лица недовольных прохожих. Капли становились больше и с силой били горожан, будто оскорбленные и разгневанные тем, что им не рады. Некоторые люди ускоренным темпом шли к ближайшим магазинам, ресторанам и кофейням, желая не промокнуть, кто-то просто шел под зонтом, предусмотрительно его захватив, а кто-то безразлично шлепал по лужам, слегка вздрагивая, когда ледяные капли попадали за шиворот. Только одна девушка резко выделялась среди прохожих. Она не бежала, не морщилась, не натягивала капюшон. Застыв на месте, Катерина подняла голову вверх и закрыла глаза, наслаждаясь холодными капельками, покрывавшими её лицо. Казалось, будто это ощущение было для неё самым желанным сейчас. Она чувствовала недоумевающие взгляды людей, но её это не волновало. Скоро дождь прекратился, и девушка, открыв глаза, улыбнулась широкому небу. Легкость и озорство чувствовались в каждом ее движении, пока она весёлой, чуть ли не танцующей походкой шла по парку, специально вздымая вверх лежащие под ногами листья. Холодный ветер раздувал её волосы шоколадного цвета, забирался под ткань ярко-красного пальто и играл с теплым вязаным шарфом, перебрасывая его с плеча на плечо. Девушка шла, улыбаясь всем и одновременно никому. Её темно-синие глаза пламенно светились, открываясь безбрежному океану счастья и полностью утопая в нем.
Катерина вышла из парка и направилась в сторону моста, возвышавшегося над неширокой рекой, которая так сиротливо смотрелась без маленьких серых уточек, уже улетевших на юг. Она остановилась на середине мостика, развернувшись спиной к парку и облокотившись на деревянный парапет. Девушка задумчиво смотрела куда-то вдаль реки и на её лице всё ещё сияла улыбка. Спустя несколько секунд озорной взгляд переметнулся, заворожено наблюдая за тем, как ветер поднимает в воздух опавшие листья. Желтые, оранжевые, красные – они кружили по парковой дорожке и правому берегу реки, будто исполняя особый танец, известный только им. Девушка смотрела на это, не моргая, словно оказавшись под гипнозом, а с лица не сходила лучезарная улыбка. Она так бы и стояла, потеряв счет времени, но её внимание отвлек букет алых роз, который словно из ниоткуда появился перед лицом. Катерина повернулась, оказавшись в объятиях высоко молодого человека. Юноша был одет в темный плащ, так красиво оттенявший жемчужно-пепельные волосы. Молодой человек на секунду прижал девушку к себе и, отпустив, вручил букет алых роз, великолепный аромат которых опьянял и завораживал. Катерина восхищенно взглянула на цветы и быстрым взглядом пересчитала их.
- Семь? – удивленно спросила она.
- Ну…да… - неуверенно ответил Максим, пытаясь понять, рада девушка или расстроена.
Катерина молча смотрела на цветы, не поднимая глаз. Спустя несколько секунд она произнесла:
- Ты не понимаешь, почему я так удивлена, да? Семь – моё любимое число. Как ни странно, ты всегда дарил мне пять или девять, а вот семи ещё ни разу не было.
Молодые люди одновременно улыбнулись друг другу.
- Знаешь, - девушка хитро улыбнулась, наблюдая за реакцией Максима, - цветы, конечно, очень красивые, но самый лучший подарок я уже получила.
Некоторое время юноша заворожено смотрел в ее сияющие глаза, не пытаясь уловить суть сказанной фразы. Катерина всегда казалась для него особенной. Кто-то влюбляется в ямочки на щеках, кто-то в шрамик над бровью, но Максима всегда притягивали её глаза. Да, нечто особенное… Казалось, будто в них бескрайним океаном разливаются звезды, порождая и питая светом все вокруг.
- Ты понимаешь, о чем я? – Катерина коротко засмеялась, заметив, что юноша вновь о чем-то задумался, выпадая из реальности.
Максим не ответил, продолжая вглядываться в каждый миллиметр ее лица.
Девушка взяла его руку и положила на свой живот. Несколько секунд хватило, чтобы понять смысл сделанного ею жеста. Глаза парня широко расширились, воздуха стало катастрофически не хватать.
- Не может быть… - одними губами прошептал Максим, мягко прижав руку к её животу, – неужели ты… неужели у нас будет… не может быть…
- Может! - ликующе рассмеялась Катерина, кинувшись в объятия юноши.
Он закружил её в воздухе, не обращая внимания на недоумевающие взгляды прохожих.
Через несколько минут влюбленная пара весело шагала вдоль городских улиц, пропитывая окружающих своим свечением, делая этот мир ярче, теплее и не осознанно делясь своим внутренним счастьем с каждым прохожим…
Зима наступила неожиданно. Осень, холодная и дождливая, была всё же плавной, а наступивший декабрь с суровым морозом и огромными хлопьями снега очень резко ворвался в жизнь горожан. Девушка в черной теплой куртке шла, неосознанно глядя куда-то вдаль. Ледяной ветер обдувал лицо, отбрасывая шоколадные волосы за спину и больно обжигая кожу. Катерина, словно ничего не видя и не чувствуя, никак не реагировала на пронизывающий холод. Рядом с ней, держа под руку, шел высокий юноша, чьи светлые волосы слегка торчали из-под шапки. Он так же рассеяно смотрел вдаль, иногда с горечью и болью, поглядывая на свою спутницу, руки которой, казалось, приросли к животу. Они шли в абсолютной тишине, не пытаясь завести разговор. В этом же рассеянном состоянии пара зашла в уютный маленький дворик, который уже засыпало снегом. Зайдя в небольшой двухэтажный дом, они стали разуваться и снимать верхнюю одежду. Девушка сделала это раньше своего спутника, и, не подождав его, направилась в сторону кухни, где ожидали их её родители. Максим расстроено смотрел вслед любимой, которая по-прежнему не отрывала рук от своего чуточку выпуклого живота. Наконец, он повесил куртку в шкаф и пошел вглубь дома. Войдя на кухню, Максим увидел свою возлюбленную, которая сидела на стуле, опустив голову и потирая виски. Её родители непонимающе смотрели на молчащую дочь, которая никак не реагировала на задаваемые вопросы её родителей, непонимающе смотревших на молчащую дочь. Анастасия Ивановна, мама Катерины, обратилась к Максиму:
- Ну, что сказал врач?
Юноша прислонился спиной к стене, поднял голову и закрыл глаза. Следующая минута прошла в тишине, пока он собирался с силами, чтобы произнести ту самую фразу, которую сказал доктор и наполнившую сердце отчаянием и тупой ноющей болью.
- Ей нельзя рожать- прошептал он чуть слышно, – Слабое сердце может не выдержать и…
Максим не позволил себе закончить. Не только говорить, но даже думать об этом было слишком страшно.
В комнате опять повисла тишина, нарушаемая судорожными глотками воздуха, которые делала Катерина, чтобы хоть чуть-чуть успокоиться. Максим потер затекшую шею, и устало произнес:
– У нас мальчик. Точнее, был бы мальчик…
Девушка резко встала со стула и гневно посмотрела на юношу.
- Не смей так говорить! – ее голос сорвался на крик.
В ту же секунду Катерина выбежала из комнаты. Послышался удар двери соседней спальни.
Девушка прижалась спиной к стене и почувствовала, как боль острым комом поднимается по горлу, не давая дышать. В глазах всё сплылось от слез. Судорожно всхлипывая, Катерина скользнула вниз по стене и села на пол, отчаянно закрывая голову руками, словно пытаясь спрятаться от внешнего мира. Горячие мокрые дорожки вновь и вновь появлялись на её щеках. Ей не хватало воздуха, она задыхалась, стонала, всё время держа одну руку на животе. Кто-то прикоснулся к ее волосам. Катерина подняла заплаканное лицо и увидела своего молодого человека, который присел, оказавшись с ней на одном уровне. Он нежно провел пальцами по её щекам и вытер слезы. Максим обнял девушку и прошептал на ухо:
- Очень жаль, что всё так вышло… Поверь, мне тоже будет его не хватать… Но ведь можно и усыновить…
Девушка отодвинулась от молодого человека, ошарашено глядя ему в глаза.
- Ты думаешь, что я не стану рожать? – спросила Катерина, неприятно удивившись.
Парень хмуро посмотрел на неё и ничего не ответил.
– Зря ты так думаешь!
- Я прошу тебя, не глупи! – умоляюще прошептал Максим. – Есть ведь и другой выход. Сама подумай, как много детей в приютах, которые нуждаются в заботе и родительской любви…
- Ты не понимаешь… - прошептала Катерина спокойным голосом и закрыла глаза. – Он мне нужен, как воздух. Я не могу жить без него. Знаешь, мне иногда кажется, что я полюбила его еще до того, как узнала о нем.
Девушка улыбнулась, ласково поглаживая свой живот. Юноша хотел что-то возразить, но она серьезно посмотрела на него и уверенно произнесла:
– Я сделала выбор.
Осень в этом году наступала очень медленно. Солнце светило с кристально чистого небосклона, приветливо напоминая прохожим о не так давно прошедшем лете. Мужчина, которому на вид было чуть больше тридцати, шел по парковой дорожке, держа за руку мальчика лет девяти. Малыш то и дело натягивал на жемчужно-пепельные волосы слетавшую кепку, с которой играл ветер, стремясь отобрать её порывами приятного прохладного воздуха. Отец с сыном пересекли парк и поднялись на середину моста с деревянными парапетами.
- А можно я?.. – неуверенно спросил мальчик, глядя снизу вверх на высокого отца.
- Конечно, – улыбнулся тот в ответ и протянул сыну букет из семи алых роз.
Мальчик осторожно взял цветы и аккуратно, один за другим бросил их в реку, текущую под мостом. Маленькие утки, ещё не улетевшие в теплые края, с кряканьем отплывали от роз, оставляя на воде кругообразные дуги.
- С днем рождения, мамочка, – прошептал мальчик.
Он несколько секунд смотрел на уплывающие цветы, потом его глаза резко округлились и он взволнованно спросил у отца:
– А она узнает? Она поймет, что это я её поздравил?
Мужчина присел, чтобы оказаться с сыном на одном уровне, потом посмотрел мальчику в глаза. Их темно-синий цвет притягивал, дарил умиротворение… Казалось, будто в них бескрайним океаном разливаются звезды... Отец нежно улыбнулся сыну и произнес:
- Ну, конечно же, узнает. Это ведь твоя мама, – на этих словах мужчина слегка наклонил голову вниз, на его лице появилась горькая полуулыбка.
Он проморгал несколько раз и вновь посмотрел на сына. Обняв ребенка, он закрыл глаза и несколько соленых капелек начали спускаться по коже, оставляя горячие следы на его щеках.
Жаркое июльское солнце ярко освещало небольшой двухэтажный дом. Лучи небесного светила проникали в каждую комнату, озаряли пространство и оставляли на стенах маленьких солнечных зайчиков. Почти все обитатели дома собрались на кухне, которая находилась на первом этаже, и только один человечек мирно спал в своей комнате, распластавшись на кровати.
- Ну, и где эта соня? – с любовью спросила появившаяся в дверях кухни пожилая дама.
- Еще спит, – улыбнулся ей в ответ высокий мужчина, но, прислушавшись к быстрым шагам, доносящимся с лестницы, добавил: - а может, и не спит.
С шумным топотом в комнату вбежал мальчик. Его слипавшиеся глаза пытались сосредоточиться, осматривая собравшихся родных. Те с умилением смотрели на сонного ребенка.
- С днем рождения! – почти одновременно воскликнули взрослые, и каждый вручил мальчику подарок.
В руках ребенка оказался теплый свитер, связанный руками любимой бабушки, огромный бумажный змей, видимо, подаренный дедушкой, и сотовый телефон, который преподнес ему отец. Мальчик благодарно посмотрел на взрослых.
- Это еще не все, - произнес мужчина средних лет и протянул сыну толстую потрепанную тетрадь. – Вот, держи. От мамы.
- От мамы? – глаза ребенка удивленно расширились.
- Да, – кивнул отец. – Понимаешь, когда мама… В общем, перед тем, как её не стало, она попросила меня отдать тебе её личный дневник, когда тебе исполнится десять.
Ребенок широко улыбнулся и, ничего не сказав, побежал в свою комнату. Он распахнул дверь и влетел в спальню. Мальчик аккуратно положил все подарки на свой письменный стол, но один, самый волнующий его сейчас, нежно прижал к себе и сел на кровать. Ему хотелось поскорее прочитать всё то, что писала его мама. Он с благоговением начал пробегать глазами по исписанным строчкам. Мама так интересно и подробно всё описывала, что мальчику казалось, будто он вернулся в прошлое и наблюдал за всем этим собственными глазами. Он алчно впитывал каждое слово, иногда смеясь маминым шуткам, которыми был пропитан весь дневник. Было так легко, так беззаботно… Ребенку казалось, будто он сможет читать это вечно, так же весело и на одном дыхании. Но всё изменилось, когда мальчик дочитал до страницы, на которой виднелась дата «2 ноября». Аккуратный почерк излагал:
«2 ноября
Сегодня он подарил мне букет алых роз. Моих любимых… Я была так счастлива! И с уверенностью могла бы сказать, что это лучший подарок, если бы не одно «но»: я узнала, что беременна. Да, да, да! Теперь нас двое, теперь я храню драгоценную ношу под сердцем…Это так необычно…Я прижимаю руку к своему животу и чувствую, как по всему телу разливается нежное тепло, на душе становиться так спокойно… Нет, словами этого не описать! Ребенок ещё не родился, но я уже люблю его всем сердцем, он мне нужен, как воздух… Не представляю, как я вообще могла раньше жить без него?»
Мальчик читал это и чувствовал неописуемую нежность. Это мама о нем говорила! Она только узнала, что он появиться, и уже полюбила. С этими мыслями вдруг пришла и боль. Он жив, а она нет. Она пишет ему о своей любви, а он не может ей ответить…
«10 декабря
Сегодня мне сказали, что я не могу тебя оставить. Но как я могу так поступить?!... даже он предложил усыновить чужого ребенка… глупый!... все против меня. Они просто не понимают, что я не имею права лишить жизни того, кто мне так дорог.
Врач сказал, что будет мальчик. А я это и раньше знала. Не понимаю почему, но я всегда чувствовала, что у меня будет сын. Просто чувствовала и все. Я его даже во сне видела… И сейчас прижимаю руки к своему животу, и представляю его. Он засыпает на моих руках. Мой малыш, только мой… Его маленькая ручка беспомощно спадает с моего плеча, глазки закрываются, и я вижу его веки цвета бледной лаванды… Он зевает и сладко причмокивает пухлыми губками… Мой малыш, мой сонный ангел… Я так люблю тебя.
Мне страшно. Нет, я не смерти боюсь. Есть кое-что пострашнее: я его никогда не увижу. Я не застану его первый шаг, не услышу первое слово, не обниму в его первый день рождения… Как это больно – осознавать, что скоро ты лишишься того, что тебе так дорого. Но другого выхода нет.
Моя рука неизменно лежит на животе. Я чувствую тепло, чувствую, как бьются наши сердца, твое и мое. Ты совершенно другой, ты не такой как я. Но это не мешает нам быть едиными… Другого выхода нет. Если кому-то суждено уйти, то это будешь не ты, мой малыш, я обещаю…»
На этом записи кончаются. Мальчик испуганно перелистывает пустые страницы. Ничего. Совсем ничего, лишь белые неисписанные строчки. Но вдруг ребенок видит, что на последнем листе виднеются черные буквы. Ещё одна запись.
«С днем рождения, сынок! Десять лет…Боже, какой ты уже взрослый!... Я надеюсь, что эта запись дошла до тебя. Малыш, я хочу попросить у тебя прощения. Прости за то, что я не была ни на одном из твоих дней рождений. Я хочу, чтобы ты знал - я очень люблю тебя. Мне так жаль, что я не могу сказать тебе это лично, но по-другому нельзя. Это так не справедливо, что у нас с тобой не было выбора. Знаешь, я бы всё отдала за время, которое могла бы провести с тобой, будь то день, час или даже минута…
Знаешь, малыш, мне кажется, что у тебя мои глаза и папины волосы. Но даже если это не так, то знай, что ты все равно самый любимый, самый желанный ребенок! Я верю, что ты не забыл обо мне. Ты не представляешь, как я сожалею о том, что не смогу провести с тобой даже дня, и единственное, что я могу сделать для тебя, это подарить её - жизнь. Я дарю тебе не только твою, но и свою. Малыш, ты будешь жить за нас обоих.
Эту запись мы пишем вместе. Ты со мной всего восемь месяцев, а кажется, будто был рядом всю жизнь. Совсем скоро ты увидишь весь этот мир, все его великолепие. А я увижу тебя. И это будет равноценный обмен. Наверное, эта запись будет последней. Последней в моей жизни, но не в твоей. Малыш, помни обо мне.
P.S. я люблю тебя»
Ночь уже давно окутала весь город. Высокая стройная девушка стояла около окна. Луна освещала шоколадные волосы, придавая им легкий серебристый оттенок. Катерина отвернулась от окна и внимательно начала осматривать темную комнату, будто стараясь что-то найти. И она нашла. Её взгляд остановился на кровати, в которой мирно спал мальчик. Девушка подошла поближе. Лунный свет касался кожи ребенка, делая его похожим на сонного ангела. В руках он сжимал какую-то тетрадь. Катерина улыбнулась и присела на кровать. Она осторожно прикоснулась губами к щеке ребенка. Он проснулся от прикосновения и удивленно посмотрел на девушку.
- С днем рождения, сынок.
Конечно, он узнал её. Как он мог не узнать, ведь на него нежно смотрели его же глаза. Мама смотрела на своего сына, жадно наслаждаясь им, пытаясь запомнить каждую черточку лица. Ребенок улыбнулся и кинулся в её объятия. Она крепко прижала его к себе и вытерла наступившие на глаза слезы. Они сидели долго, наслаждаясь друг другом, изредка о чем-то разговаривая. Спустя какое-то время девушка снова прижала его к себе и поцеловала в лоб.
- Ты уходишь? – огорченно понял ребенок.
- И да, и нет – я всегда буду рядом с тобой, вот здесь, –Катерина прижала свою руку к его сердцу и улыбнулась. – А теперь тебе пора спать.
Мальчик тут же почувствовал сонливость. Из-под закрывающихся ресниц он увидел, как мама встает и идет вглубь комнаты. Когда её силуэт затерялся среди темноты, мальчик, пересиливая накатившую дремоту, спросил:
- Мама, это был сон или правда?
Ему показалось, будто она улыбнулась и из ниоткуда прошептала:
- А чего ты хочешь?
- Я хочу, чтобы это была правда, – еле слышно произнес мальчик. – Я люблю тебя.
- Я тоже люблю тебя, – послышалось из темноты, и ребенок оказался в объятиях Морфея.
Мальчик резко открыл глаза и сел на кровати. В комнате было темно, лишь луна освещала письменный стол, стоящий у окна. Ребенок выбежал из своей комнаты и влетел в спальню отца.
- Я видел её! Я её видел! – чуть ли не кричал взбудораженный мальчик. Отец лениво открыл глаза, сонно огляделся вокруг и уставился на сына.
- Кого ты видел? – непонимающе спросил мужчина.
- Маму! Я видел маму! Она была в моей комнате. Я не вру! Пойдем, может быть, она еще там! – на этих словах мальчик вцепился в руку отца и потащил за собой на второй этаж.
Они вошли в совершенно пустую, темную комнату.
- Мама? – обреченно позвал мальчик, всё ещё надеясь услышать ответ.
Но ничего не произошло, никто не ответил ему. Отец грустно улыбнулся и положил руку сыну на плечо.
- Мне очень жаль, но тебе всё это приснилось, – ласково сказал мужчина. – Я тоже хочу, чтобы это была правда, но, к сожалению, это не так.
Мальчик подошел к окну и посмотрел на полуночное небо. Отец проследовал за ребенком.
- Нет, ты не понимаешь, – совершенно спокойно сказал сын, не отрывая глаз от небосклона. – Это был не сон, а её подарок мне. И это был самый лучший подарок.
Этой ночью небо было усеяно звездами, но ярче всех светилась звезда, лучи которой проникали в окна второго этажа. Её свет будто обнимал спящего в комнате мальчика, который все ещё держал драгоценную тетрадь в руках.
Но эта звезда не просто светилась – она мерцала. Она мерцала, и казалось, будто это бьется чье-то сердце…

Корсак Яна, 15 лет, ст. Динская

Рейтинг: 2