- Милая, бегом, бегом в кровать, - обеспокоенно произнес отец, подталкивая меня к двери в спальню.
- Папа, но…
- Лиза, помнишь, мы договаривались? Никаких, но, - теплота в глазах любимого отца не могла не подкупать, и я, глубоко вздохнув, вошла в свою комнату. Устроившись на кровати, я посмотрела на темно-синий потолок с разнообразными звездочками, горящими в темноте, как настоящие. Богато обставленная комната, моя комната, которую я так любила. А любить это место было за что. Ведь именно здесь я сидела в дождливые дни с папой и слушала его рассказы, засыпая, и держала за руку. Сюда я забегала в слезах, получив очередной нагоняй от матери и находила утешение в объятьях отца, всегда приходящего ко мне в особо сложные моменты со стеклянной мисочкой с моими любимыми мармеладками, маленькими и цветными. Отец всегда был для меня всем: и миром, и вселенной, и самым дорогим человеком, потеряв которого я бы не смогла жить.
Да, его часто нет дома, но находясь в нашем хоть и большом, но уютном гнездышке, отец переставал быть беспристрастным и суровым магнатом и владельцем большого семейного бизнеса. Он становился просто моим папой, которого я знаю с детства и люблю всем сердцем, понимающего меня куда лучше матери, которая только и делает, что трещит по телефону с подругами и заботится о своем маникюре. До меня же ей никогда не было дела. Конечно, "я родила слишком рано, чтобы иметь детей и стать хорошей матерью. Я еще не нагулялась!" - эти слова я слышала неоднократно из ее уст, когда они с папой ссорились. Вот тогда-то я и поняла, что у меня нет никого, кроме отца.
Да, мне всего восемь, но я уже многое понимаю. И уж не знаю, откуда это во мне. Наверное, от папы, он всегда был независимым и сильным, а я всегда хотела быть такой же, как он. Внезапно я услышала голоса. Тихо встав с постели, я на цыпочках прокралась к двери и, приоткрыв ее, выглянула в образовавшуюся щелочку.
- Ты хоть знаешь, кто я? - грозно спросил отец неизвестного мне мужчину в потрепанной коричневой куртке и замызганных джинсах. Наверное, он незваный гость. Папа бы не стал так разговаривать со своим другом, к тому же приятель не стал бы заходить к нам в дом в грязной обуви, оставляя за собой след грязи на светлом ковре. Мое детское любопытство победило слова отца, то и дело всплывавшие в моей маленькой головке, обрамленной золотистыми локонами.
Незнакомец лишь хмыкнул: «Если я захочу, уже завтра тебя не будет, - продолжил отец.
А незнакомый мужчина покачнулся на одной ноге, и в его руке блеснул пистолет. Такие я видела только в фильмах, которые папа запрещал мне смотреть. Мое сердце начало усиленно стучать, гоняя по венам разгорячившуюся кровь. Карамельные глаза стали размером с блюдце и я вспотевшими ладошками сжала край ночной рубашки. Папочка, мой папочка! Что же происходит? Мужчина вытянул руку, держащую пистолет, его палец согнулся и безжалостно нажал на курок. Раздался глухой выстрел, и тело отца упало на ковер, открашивая его в бордовый.
- А теперь нет тебя, - слезы уже струились по пухленьким щечкам маленького ребенка, невольно ставшего свидетелем убийства родного отца. Но отойти или выскочить за дверь не позволял страх, парализовавший все тело. Ни один мускул не срабатывал при сильном желании, оставалось только стоять и смотреть, как незнакомец стоит, ехидно ухмыляясь, неспешно подходит к безжизненному телу папы и брезгливо ленивым движением ноги пинает. За что? За что он это сделал?! Мысли путались в моей голове, а горло сдавило, не давая вздохнуть. Неожиданно мужчина повернул голову в направлении двери, за которой находилась я. Резко отскочив от двери, я не могла сообразить, что же мне теперь делать? А мама? Что с мамой?! Пускай она и была не очень хорошим родителем, но я все же ее любила.
Обернувшись, я стала старательно разглядывать комнату в поисках убежища. Спешно на четвереньках уползая к кровати, я залезла под нее, споткнувшись об небольшого плюшевого зайчика, валявшегося неподалеку, но мне было наплевать. Слезы лились, ведь папы больше нет. Спрятавшись в темноте, я обхватила колени руками.
Дверь со скрипом раскрылась, впуская внутрь заляпанные грязью ботинки убийцы моего отца. Он остановился, по-видимому, осматриваясь вокруг. Неспешно пройдясь туда-сюда, он подошел ближе кровати, и я невольно задрожала от страха, от ненависти к этому человеку. Я услышала вздох, и мужчина медленно направился к двери. Выйдя, аккуратно прикрыл ее за собой, а я так и продолжила сидеть под кроватью, обливаясь слезами отчаянья и потери, горькой потери самого дорогого человека.

Так сломалась судьба ребенка, совсем еще невинного и наивного, но понимающего так много, как взрослый.
Так ломаются судьбы, будущее, мечты и надежды, и главное, так становятся убийцами. Безжалостными и не знающими пощады, не верящими в справедливость и благосклонность фортуны, потому что один раз в жизни она от них отвернулась. Всего одно событие может сломать судьбы десятков, а то и сотен людей, порой невинных, таких же, каким был ты ребенком, всего лишь ребенком...

Ветютнева Анна, 17 лет, Славянск-на-Кубани

Рейтинг: 1