Ночь тиха. По тверди зыбкой
Звезды южные дрожат.
Очи Матери с улыбкой
В ясли тихие глядят.
* * *
Ясли тихо светят взору,
Озарен Марии лик.
Звездный хор к иному хору
Слухом трепетным приник...
(Афанасий Фет)

Вот наступает долгожданный праздник Рождества Христова, скоро в каждом доме зажгутся веселые огоньки на рождественских елках.
В эти дни лучшее место – рядом с зеленой красавицей. Елочка так и манит под свои густые ветви. Здесь пахнет хвоей, таинственно мерцают огоньки и светятся фонарики, зазывающие ангела с белыми крыльями заглянуть в наш дом. Рождественская звезда на макушке сверкает обещанием близкого чуда. А если тихонько тронешь ветку, зазвенят колокольчики... Конечно же, именно здесь надо дожидаться праздника.
Но чтобы твой ангел не пролетел мимо, нужно просто свято чтить христианские традиции этого праздника. В сочельник мой дом наполняется таинственностью, до первой звезды никто не ест, но в ожидании праздника варится кутья из пшеницы с медом и кубанский взвар из чернослива и груши. Эти яства моя бабушка и сегодня ставит под образа, подстелив под них сено. Почему?.. А будто – Дар Христу. Ну ... будто, он на сене, в яслях – а мы его одаряем...
Вот все готово. Я жду Рождественской звезды, уткнувшись носом в замерзшее оконное стекло. А на стеклах лед с мороза... Вот красота-то! Елочки на них, разводы, как кружево. Ноготком потру – звезды не видно? Видно! Первая звезда, а вон – другая... Зову маленького маму чудом полюбоваться.
В Рождестве есть что-то волшебное. У нас, на юге, зимы теплые, но в Рождество всегда сказочный снег и морозные россыпи на стеклах и лужицах. В моем курортном поселке зимними ночами тихо и глухо. Но в Рождественской сказке оживают даже наши скучные зимой курортные улицы: слышны шумные детские голоса, люди все хлынули на площадь, к ёлке – вот радость! Вот праздник души!
А дома уютно и тепло… Мама зажгла свечи, от которых на стенах скачут чудные тени, напоминающие ангелов. А звезд все больше! А какие звезды!.. Окно откроешь – резанет, ожжет морозом! А звезды... Черное небо закипает яркими огоньками, дрожит и сказочно мерцает. Я спрашиваю у мамы:
– А звезды, мамочка, живые?
– Конечно, видишь, они бьются, как сердечки, а многие из них, хвостатые, падают, чтобы люди желания загадывали и в счастье свое верили, – отвечает мне мама.
Мы разговариваем, а звезды все сильнее блещут разными огнями: голубой хрусталь, и синий, и зеленый. Манят звезды нас на улицу.
Собираемся к Всенощной: оделись потеплее, вышли во двор и вдруг услышали звон.
– Мамочка! Это звездочки зазвенели? – восторженно спрашиваю я.
– Да, это они тебя приветствуют, душу твою светлую, детскую.
А морозный чистый воздух лишь усиливает звон колоколов нашей сельской церкви. Пробирающий, степенный, древний звон колоколов с глухотцой, сменяется серебряными переливами, и окутывает тебя звонный бархат Рождественской ночи. Такого никогда больше не услышишь. Это не Пасхальный разливистый перезвон Пасхального Благовеста. Рождественский звон стелется мягко и низко, окутывая землю Святым серебром. Этот звон созвучен церковному пению, пению без конца и начала... Да и не хочется, чтобы этот звон заканчивался.
Спешим в церковь... Тронули калитку – заискрился осыпавшийся с неё снег. Снег синий, крепкий, хрустит под ногами. В приветливых окошках мерцают розовые огоньки лампочек. А воздух – синий, серебрится пылью, прозрачный и звездный. А наши заснеженные сосны и березки – белые виденья между величественными клёнами и грабами. Спят в них красные комочки – снегири. От фонарей световые столбы, кажется, поднимаются до звезд. Звездный звон, певучий плывет, не смолкает; сонный звон-чудо, звон-виденье славит Сына Божьего.
Это Рождество пришло... Идешь и думаешь: «Сейчас услышу в церкви ласковый напев-молитву, простой, особенный какой-то, детский, теплый напев...», – и почему-то видится кроватка новорожденного Иисуса, звезды, волхвы...
Рождество твое, Христе Боже наш,
Воссия мирови Свет Разума...
И почему-то кажется, что давний-давний тот напев священный был всегда и есть сегодня. Его не могло не быть. И он будет вечен, как наш Бог. И плывет моя душа вслед церковному песнопению под церковные своды, а потом дальше... к небу. А перед глазами моими оживает история рождения младенца, история Божьего дара нашей грешной земле. И чувствую я свою сопричастность к этому божественному действию, чувствую, как моя душа наполняется светом и добром.
А вышли мы из церкви – все другое. Снег – святой. И звезды – святые, новые Рождественские звезды. Вот оно – Рождество! Смотрим в небо – вот она, Рождественская звезда, над нашим школьным садом! Каждый год – над нашим садом горит. Она голубоватая, а значит святая.
Невольно задумываюсь: «Если к ней идти – придешь куда? Вот прийти бы, вот бы поклониться вместе с пастухами Рождеству! Он – в яслях, в маленькой кормушке... Только не дойти туда: мороз, замерзнешь!» Смотрю долго-долго на звезду и слышу как будто голос, и видится, что волхвы со звездою путешествуют..., а маленький новорожденный Христос, светлый-светлый мальчик, их ручкой манит, обещая этому миру взять на себя все грехи человеческие, чтобы очистились души людские от злобы и скверны.
Так чисто и легко на моей душе вдруг стало, а рядом близкие мне, родные люди: мама, папа, бабушка и братишка. Наверное, это был миг самого великого счастья, которое дарит нам вера в себя, в лучшую жизнь, в жизнь с Богом, в жизнь по его законам.
Вот мы уже и дома. Приятно пахнет хвоей, я последний раз поднимаю глаза к небу, чтобы сказать сказочной звезде Рождества Христова:
– Прощай, до будущего Рождества! Я обязательно тебя дождусь!
Моя голова упала на мягкую подушку, я укуталась в пуховое одеяло: мне предстоит увидеть во сне что-то чудесное, сказочное – последний подарок для меня от этой чудесной Рождественской ночи.

Пестерева Юлия, 13 лет, Геленджик

Рейтинг: 4