Только звонкая и широкая песнь Пушкина раздавалась в долинах рабства и мучений; эта песнь продолжала эпоху прошлую, наполняла своими мужественными звуками настоящее и посылала свой голос в далекое будущее.
А.И.Герцен
Всем людям, читающим по-русски, всем, знакомым с творчеством Пушкина, даровано высшее благо, войти в непосредственное личное общение с поэтом. Счастливцы отчетливо слышат живые переливы его голоса и, водя пальцем по строке, нащупывают пульс поэта. Этим счастливцам дано от страницы к странице блуждать по неоглядным просторам поэтического мира Пушкина.
Непосредственный разговор с таким человеком, как Пушкин, дает ощущение богатырских сил его души, сил, важных уже не столько для самого поэта, сколько для нас с вами и будущих его читателей.
Люди, которым посчастливилось выбрать Пушкина ещё в детские годы своим наставником, своим учителем, своим советчиком, понимают, что их душевный мир, их поведение среди людей стали более совершенными, чем у тех, кто прошел мимо Пушкина.
Я уверена, что тот, кто лишён ощущения пушкинского мира, очень беден духовно. Ведь Пушкин, добрый и умный, в своих произведениях напоминает нам о великих богатствах русской души, о её свободолюбии, благородстве, о мужественной борьбе за счастье, мир и справедливость на земле.
А.С.Пушкин, в моём понимании, - друг человечества, ненавидящий рабство, презирающий стремление одних людей властвовать над другими, мечтающий «о временах грядущих, когда народы, распри позабыв, в великую семью соединятся.» Но мир часто жесток и глух к призывам любви и добра.
Читая его стихи, мы понимаем, что счастье – в служении людям, в самоотдаче. Каждому русскому человеку близок высокий патриотизм поэта, основанный на глубокой любви к Отечеству.
Два чувства дивно близких нам,
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам…
Всё, что связано с именем великого поэта бесконечно дорого каждому человеку. Так было, так есть и так будет всегда – пока в русских душах будет жива любовь к своему Отечеству. Та сыновья любовь, которая поднимала наш народ в самые тяжелые годы для нашей многострадальной Родины на её защиту.
Мой прадед, Яценко Николай Митрофанович, дважды орденоносец, прошел дорогами войны до самого Берлина. В его вещевом мешке аккуратно завёрнуты вместе с фотографиями жены и дочери всегда лежал томик стихотворений А.С.Пушкина. Он и сегодня трепетно хранится в нашей семье. Много историй принёс прадед с фронта, но одну он всегда рассказывает по-особенному, с волнением и гордостью.
1944 год. Мотострелковый полк, взводом которого командовал мой прадед, подтягивал свои силы к реке Сороти. Гитлеровцу только что закончили сооружение своей знаменитой военно-оборонительной линии «Пантера». Она тянулась через весь Пушкинский заповедник из края в край вдоль рек Сороти и Великой. Эта линия казалась гитлеровцам неприступной. За короткий срок было построено несколько рядов дотов, дзотов, бункеров; вся пушкинская земля была изрыта блиндажами, окопами, рвами и огорожена бесконечными рядами колючей проволоки, за которой тянулись минные поля и «волчьи ямы». Это всё было на огромном пространстве русской земли.
Наша разведка увидела пылающие огни и выяснила, что это фашисты запалили дом поэта. Горели усадебные постройки устрашающим гигантским костром. А на глазах наших бойцов появлялись слёзы, праведным гневом заполнялись их души. Мой прадед достал томик Пушкина и, взобравшись на свою самоходку, громко стал читать:
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы…
Солдаты, вдохновленные стихами поэта, ждали приказа вступить в поединок с врагом, глумившимся над дорогим каждому русскому человеку местом. Вдруг по рядам прокатилась радостная весть: к деревне Зимари подошли наши походные радиостанции, которые в войну получили шутливое название «Иерихонские трубы». Они были оснащены сверх мощными усилителями, и радио грохотало так, что его и глухие хорошо слышали на невидимом глазу расстоянии. Вскоре фашисты услышали грозные предупреждения, разговор шёл по-немецки: «Геноссе, дойче зольдатен… Ундзоватер… Вам всё равно капут.… Сдавайтесь.… Уходите немедля с пушкинской земли... Вы скоро будете окружены... Вам идёт капут! Помните – скоро день рождение нашего великого русского поэта Пушкина. Он здесь хозяин, и он вместе с нами. Его дух поддерживает нас. За каждый грех, причинённый пушкинской земле, вас ждёт тяжелая расплата.
И расплата не заставила себя ждать. Настал час поединка. На северной стороне Сороти расположились наши войска. На южной, там, где Михайловское, Тригорское, Петровское, Святогорье, - фашисты. По кромке леса, тянущегося по всей окраине Михайловского – от древних «Ямских ворот» до «границ владений дедовских», - на вершинах старых высоких деревьев были устроены хитро придуманные фашистами вышки-гнёзда для немецких снайперов. Фашисты сатанели, слыша русские послания. Их снайперы искали радиомашину. Но, увы,… она находилась за Зимарями.… Наши снайперы легко выискивали по солнечным бликам фашистских снайперов, которых низвергали с насиженных мест прямыми попаданиями.
И вот долгожданный приказ к наступлению. Ринулись в атаку наши войска. На самоходках крупными буквами были сделаны надписи: «За Родину! За Пушкина!» В этот момент эти два слова были синонимами для наших бойцов.
Бой был страшный по своей кровопролитности, но на четвёртые сутки гитлеровцы стали сдавать свои позиции. Но, отходя, они разрушали до основания Пушкинский заповедник. Наши солдаты полили своей кровью каждую пядь пушкинской земли. И отстояв её, они тут же стали восстанавливать этот памятник истории, пострадавший и от фашистских, и от русских снарядов.
В старый клён у домика няни Пушкина попали два снаряда. Один разорвался прямо в кроне, где в «гнезде» находились немецкие снайперы, а второй, не разорвавшись, вошёл между корней и стал молчаливой, невидимой тайной угрозой для солдат. Прадед говорил, что корни этого клёна, как руки, два года держали этот снаряд до разминирования сапёров, оберегая русских людей.
На вторые сутки после изгнания фашистов русские солдаты без сна и отдыха начали восстанавливать Пушкинский заповедник. Им на помощь пришли все местные жители. Их объединяла любовь к Отчизне, вера в Победу и душа Пушкина.
Наша армия уходила своим победным маршем на Запад, а местные жители продолжали восстанавливать усадьбу Пушкина. Прадед говорил, что в 1946 году, прочитав заметку в газете «Красная звезда» о том, что ко дню рождения А.С.Пушкина этот заповедник был практически восстановлен, он заплакал и выпил свои «боевые сто грамм» за погибших товарищей. Он гордился, что кровь русских солдат была пролита не зря на той земле, которую восстанавливали голодные люди, живя в палатках и не прекращая работу даже зимой.
Михайловское возрождалось из пепла. Люди провели гигантскую работу по восстановлению исторического памятника: они собирали и реставрировали предметы быта, рукописи и личные вещи поэта. Люди сделали, казалось, невозможное: подняли из руин и пепла усадьбу Пушкина, вернув тихую прелесть постройкам, садам, аллеям и рощам, залечив даже раны на деревьях.
Шесть лет назад, на 60-летие Победы, мы всей семьёй, по просьбе уже старенького прадеда Коли (ему было 85 лет), на день рождения А.С.Пушкина поехали в село Михайловское. Нас встретили красивые дорожки и аллеи заповедной земли. Мне не верилось, что среди этой красоты шли кровопролитные бои. Большинство ран, нанесённых земле поэта, давно зажило. Но прадед быстрыми шагами, как молодой, направился к громадному вязу, который рос прямо перед домом Пушкина. Он бережно обнял дрожащими руками ствол и гладил пальцами какие-то углубления на нём. Когда я подошла, он сказал: «Смотри, Златушка, это ветеран. Всё его тело прошито пулями. Но его крона по-прежнему зелена, а шум листьев величественно рассказывает о былом, страшном, немыслимом времени».
Затем мы пошли к домику няни, возле которого я увидела два роскошных клёна, росшие из одного основания. Это разорвавшийся в кроне снаряд разделил ствол дерева на две части. Но дерево выжило, раны на нём зажили, и оно по-прежнему ласково, как сказки няни, шелестит листвой. Неподалёку гордо красуется и сосна, на которой до сих пор видны остатки снайперского «гнезда». Поражает своей красотой и величием ганнибаловская ель, живая современница поэта.
Я долго гуляла с прадедом по аллеям Михайловского, мы слушали с ним жизнеутверждающую дробь аиста. Это была музыка, приветствующая всех добрых людей, идущих на поклон к великому поэту. Я всем сердцем чувствовала, что Пушкин и сегодня хозяин на своей земле. Его дом живёт, он наполнен теплом, он приветлив и светел.
У Александра Сергеевича Пушкина нет возраста. С его стихами прошла боевая молодость моего прадеда, с его сказками прошло моё детство. В прошлом году прадеда Коли не стало, но я знаю, что Пушкин делает нас сильнее, увереннее в защите добра и разума, человеческого достоинства и свободы. Он делает нас сильными потому, что учит любить Родину, её историю, её славу.
Шестого июня каждый год в Михайловское съезжаются поэты, писатели и простые люди, которым дорог поэт. Они идут в гости к живому Пушкину и склоняют головы перед великим поэтом, незаменимым собеседником и задушевным другом.

Бедрова Злата, 16 лет, Геленджик

Рейтинг: 2