Я бежал по пирсу.
Я не знаю, куда и зачем, но это было непередаваемое ощущение. Огненные сухие деревянные доски обжигали пятки, поэтому я очень быстро крутил ногами. Лоб покрылся испариной, но в грудь врезался поток свежего воздуха. От усердия я прикусил губу и прикрыл глаза. Но даже сквозь веки просачивался яркий, обжигающий солнечный свет. Казалось, что через глаза он попадает в мозг и заставляет меня бежать. Но я знал, чем сильнее я устану сейчас, тем круче будет потом. Можно потерпеть.
Впереди уже синела водная гладь. Гладь в прямом смысле этого слова. Я собрал последние силы и напряг мышцы. Последний раз вдохнул этот удивительный раскалённый воздух и прыгнул.
Всё было так естественно, как будто я всю жизнь, вместо постукивания мячиком во дворе, только и делал, что нырял с пирса. Я не почувствовал давления, просто внезапно холодная волна облегчающим валом прокатилась по моему телу. Это самое приятно, что я когда-либо ощущал. После раскалённого, готового испариться воздуха - словно глубокий выдох, облегчение. И сердце забилось часто.
Я проснулся от холода. И от звука собственного сердца. Наверно, опять чёртова картонка выпала. У меня уже не было той небывалой смелости и силы. Я ступил на холодный шершавый пол. Постоял с минуту и прислушался. Только сердце бьётся в ушах.
Я проковылял по направлению к окну. На пути нащупав ступнёй спичечный коробок. На секунду мне показалось, что от одного прикосновения мне стало теплее. Эти маленькие деревянные палочки имели что-то общее с раскалёнными досками из сна.
Действительно, снег и ветер отшвырнули картонку, закрывавшую разбитое стекло, и теперь на оплёванном подоконнике лежали и медленно растворялись снежинки. Они не слипались, а оставались каждая по отдельности, независимо. Но стоило мне прикоснуться к ним, как по внешней стороне кисти побежала капля и плюхнулась на пол.
Я уселся на подоконник, но картонку вставлять не стал. Так можно увидеть улицу и снег. Привычным движением руки я свернул самокрутку. На секунду яркий свет ослепил меня. Спичка по команде большого пальца полетела из окна.
Я сосредоточил взгляд на тлеющем огоньке. Едкий, ядрёный дым вперемешку с холодным воздухом издевались над моим горлом. Я видел свои ресницы.
Маленький окурок полетел вниз вслед за спичкой. Он красиво кружился, догорая. Секунд на 10 я даже залюбовался им, пока сугроб не сожрал его. Больше ничего видно не было.
Мне хотелось есть. Нет, не есть. Ныло чуть выше. Мне всё время казалось, что именно там находится душа, если она и есть.
Было совсем холодно. Надо либо вставлять картонку, либо...
Странно. Время отмоталось назад. Я снова летел. Как во сне. Или это и есть сон. Кто знает?
Даже фельдшер ничего не знает. Он сказал: "Смерть наступила в результате падения с высоты, повреждения мозга были необратимы".
Но ему ли решать, была ли это смерть?

Виняр Анна, 14 лет, Санкт-Петербург

Рейтинг: 8